Размышления основателя: Почему Fomo пробежал дальше нас с той же стартовой точки?

Оригинальное название: Чему меня научил рост Fomo о Vector
Оригинальный автор: @philjacobson, Altitude
Оригинальный перевод: Golem, Odaily Planet Daily

Несколько лет назад мы разработали Vector, мобильное приложение для социального трейдинга с использованием активов на блокчейне. Наш бизнес быстро рос, достигнув пикового объема торгов более 20 миллионов долларов в день с нуля, с накопленным объемом торгов около 1 миллиарда долларов. В первые месяцы после запуска продукта, по мере ускорения роста, наша удерживаемость пользователей напоминала социальную сеть, а не традиционное торговое приложение, что было именно той формой, которую мы стремились создать.

Однако к концу 2025 года мы продали компанию Coinbase.

С тех пор я внимательно наблюдаю, как Fomo взял аналогичную концепцию и продукт в другом направлении, достигнув выдающихся результатов. Им удалось преодолеть круг CT (Crypto Twitter), привлекая большое количество новых пользователей в мир блокчейна, и недавно их ежедневный объем торгов превысил 100 миллионов долларов.

Видя их успех, я не чувствую, что это «должно было быть нашим». Напротив, я считаю, что их достижения невероятны. Они приняли философию продукта, в которую мы когда-то твердо верили, и сосредоточили ее на рынке, в который мы никогда по-настоящему не заходили, реализовав это видение в масштабе, значительно превышающем наш.

Весь процесс меня очаровывает, и я не могу не представить, что в какой-то параллельной вселенной мы могли бы пойти совершенно другим путем...

Все интересные продукты изначально выглядят как «игрушки»

Рождение Vector на самом деле произошло от торговой платформы NFT Solana Tensor.

Перед тем как присоединиться к Tensor в качестве вице-президента по операциям, я участвовал в единственном раунде финансирования Tensor в качестве ангельского инвестора, когда проект почти не имел доли на рынке. К моменту моего официального присоединения Tensor стал доминирующей платформой для торговли NFT на цепочке Solana, с долей рынка более 80% и объемами торгов, достигающими миллиардов долларов.

Примерно на второй день после моего присоединения Илья подошел ко мне и сказал: «Мы не уверены в будущем направлении пространства NFT, но мы верим, что следующей волной будут мемные монеты, поэтому мы планируем разработать продукт для этого».

Наше понимание заключалось не только в том, что мемные монеты станут следующим горячим классом активов; мы также считали, что большая возможность заключается в «социальном трейдинге».

Торговое поведение само по себе уже обладает социальными атрибутами. Инцидент с GameStop и сообщество WallStreetBets — очевидные примеры. Все больше людей начинают инвестировать самостоятельно, и их принятие решений все больше зависит от доверенных лиц в интернете, а не от традиционных финансовых консультантов или учреждений.

Пространство криптовалюты сделало это поведение еще более выраженным. На X всегда есть люди, которые могут первыми поймать важные торговые возможности; Ансем — отличный пример, так как он был очень оптимистичен и продвигал проект, когда Solana стоила всего около 8 долларов. Если вы доверяете его суждениям и действуете соответственно, вы можете достичь потрясающих доходов.

Проблема в том, что обнаружение возможностей и выполнение сделок часто являются двумя совершенно разными процессами.

Вы можете видеть, как доверенные лица публикуют информацию о токене в X или группах Telegram, принимая решение о входе, а затем ищете правильный адрес контракта. На мобильном устройстве фактический опыт выполнения сделок очень плох; вам нужно открыть кошелек Phantom, затем открыть браузер, найти платформу Jupiter, подключить свой кошелек, вставить адрес контракта, проверить токен, установить размер торговли и, наконец, выполнить сделку. Для мемных монет время — это деньги. К тому времени, как вы завершите эту серию операций, возможность может уже ускользнуть.

Поэтому мы твердо верим, что социальные сигналы и выполнение сделок должны быть интегрированы в один и тот же продукт, и расстояние между ними должно быть сведено к нулю.

Крис Диксон, основатель a16z crypto, однажды сделал известное заявление: все интересные продукты изначально выглядят как «игрушки». Вот как мы смотрели на мемные монеты; они «игрушки», которые могут запустить социальные торговые сети.

Наша долгосрочная цель была гораздо шире этого. По мере того как все более традиционные активы переходят на блокчейн, эта сеть естественным образом расширится в эти области активов. Как только мы захватим пользователей, построим социальный график вокруг торговли и избыточной прибыли и предоставим исключительный опыт выполнения, порог для перехода от мемных монет к акциям или другим активам больше не будет таким высоким, особенно учитывая, что эти активы сами по себе все больше переходят на блокчейн.

Признаем, что акции обычно имеют реальные бизнесы за собой, в то время как мемные монеты часто не имеют; однако все больше и больше признаков указывают на то, что фактические методы торговли двух классов активов удивительно схожи.

Инцидент с GameStop — это крайний ранний случай, но такое поведение становится все более распространенным. Посмотрите на сделки с памятью, новыми облачными сервисами или крупными облачными поставщиками; эти сделки имеют сильные социальные атрибуты и движутся нарративами и рыночным импульсом.

Леопольд Ашенбреннер — недавний типичный пример. С его уникальными взглядами на развитие ИИ он построил высокий уровень доверия. Теперь инвесторы внимательно следят и подражают его позициям в таких компаниях, как Bloom Energy, CoreWeave и Micron. Его репутация и твердые убеждения стали частью информации, на которую люди ссылаются при оценке и выполнении связанных сделок.

Некоторые из этих инвестиционных логик в конечном итоге окажутся правильными, в то время как другие — нет; это можно будет узнать только задним числом. Но очевидно, что информационный аспект, окружающий инвестиции, начал проявлять социальные характеристики.

Мы считаем, что самые крайние поведенческие модели, проявляющиеся в пространстве мемных монет, не уникальны для мемных монет; на самом деле они являются усилением более широкого тренда развития рынка.

Когда вы понимаете, что такое настоящий PMF

Самый простой способ объяснить Vector или Fomo — это рассматривать их как комбинацию Instagram и Robinhood. Основной элемент Instagram — это фотографии, TikTok — короткие видео, а для Vector основным элементом являются графики.

Когда вы открываете приложение, первое, что видят пользователи, — это информационная лента. Когда кто-то делится сделкой, пользователи видят график цен этого токена в реальном времени, а действия покупки или продажи пользователей, торгующих через Vector, будут непосредственно отображаться на соответствующих позициях на графике.

Информационная лента управляется алгоритмами, предназначенными для представления самых ценных торговых сигналов в сети. Увидев сигнал, пользователи могут почти мгновенно завершить сделку. Наша цель — сократить путь от «социального сигнала к выполнению сделки» с минут до секунд, а в идеале до миллисекунд, что резко контрастирует с плохим состоянием мобильной торговли в то время.

Одной из концепций, которую мы внедрили, было отображение аватаров пользователей и динамики торговли непосредственно на графике. Никто не делал этого раньше; я помню, как думал, когда увидел этот дизайн внутри компании: «Это просто гениально». Сегодня этот шаблон интерфейса стал стандартом для различных торговых приложений, и это действительно здорово видеть.

Для соответствия продукта и рынка (PMF) наша основная команда имеет простое определение: PMF означает, что спрос на продукт настолько велик, что вы не можете удовлетворить его достаточно быстро; пользователи будут конкурировать, чтобы «вырвать» продукт из ваших рук. Перед официальным запуском мы поняли, что Vector был успешен, потому что эта взрывная сцена уже проявилась в ходе внутреннего тестирования, когда пользователи постоянно подгоняли нас за приглашениями, чтобы привести своих друзей.

Мы запустились в конце ноября 2024 года и быстро стали популярными в криптовалютном сообществе в Twitter (теперь называемом X). Наш ежедневный объем торгов вскоре достиг около 1 миллиона долларов; к концу января, во время выпуска мемных монет, связанных с Трампом, пиковый ежедневный объем торгов даже превысил 20 миллионов долларов.

Удержание пользователей также было потрясающим. Хотя я не помню точные цифры, я помню, что 7-дневный коэффициент удержания находился в диапазоне от 60% до 70%, а 30-дневный коэффициент удержания составлял около 40% до 50%. Пользователи часто открывали Vector для торговли, следили друг за другом, делились инвестиционными мнениями, приглашали друзей и торговали на основе людей, за которыми они следили.

В то время в нашей команде было менее 25 человек, и давление, вызванное этим взрывным ростом, ощущалось повсюду: сбои в системе происходили часто, сделки иногда не удавалось выполнить, команда обслуживания клиентов была перегружена, а функций, которые нужно было разработать, всегда было больше, чем доступного персонала.

Этот опыт дал мне глубокое понимание того, что такое настоящий PMF; это был самый глубокий урок, который я когда-либо усваивал. Спрос создавал давление повсюду, толкая все вперед с такой скоростью, которую компания не могла на самом деле справиться.

Это также укрепило мою твердую веру в построение компании: небольшая команда, состоящая из высококвалифицированных специалистов, может достичь удивительных результатов, и ничто не важнее, чем поддержание близкого контакта с клиентами. Культура, ориентированная на клиента, должна быть примером для руководства; если вы не взаимодействуете напрямую с пользователями, не предоставляете поддержку и не понимаете недостатков продукта, легко стать отключенным от реальности и не понять истинные потребности продукта.

Ошибка: ставка на профессиональный торговый рынок

Однако, по мере охлаждения рынка мемных монет, структурная проблема становилась все более очевидной.

Обычные пользователи часто теряют большую часть своего капитала, что приводит к снижению торговли или даже полному выходу; профессиональные трейдеры, с другой стороны, могут зарабатывать деньги, продолжать торговать и вносить огромный объем торгов. Эта экономическая структура демонстрирует крайнюю концентрацию, при этом около 5% пользователей вносят примерно 95% объема торгов.

Поэтому мы сделали рациональный выбор в то время, чтобы нацелиться на профессиональный торговый рынок. Их потребности отличаются от потребностей обычных пользователей; они обычно работают с несколькими экранами, следят за несколькими графиками и участвуют в частых быстрых входах и выходах. Vector — это мобильный продукт, и действительно, у него много профессионалов, использующих его, но для них мобильный часто является лишь дополнением к их основному торговому окружению, а не основным торговым местом.

В то же время конкуренция на рынке становилась все более жесткой. Axiom создал отличный продукт, а такие конкуренты, как Photon и BullX, также боролись за ту же группу пользователей. Учитывая, что профессиональные трейдеры вносят подавляющее большинство объема торгов, мы начали разрабатывать настольную версию Vector, что, казалось, было лучшим способом завоевать рынок, став предпочтительным торговым интерфейсом для профессиональных трейдеров.

На сегодняшний день я все еще считаю, что это была очень жизнеспособная стратегия. Наш настольный продукт был выдающимся, и ранние бета-пользователи отреагировали с энтузиазмом. Мы также разработали уверенный маркетинговый план. Однако мы в конечном итоге не выпустили его публично, поэтому не смогли действительно подтвердить эту стратегию.

Оглядываясь назад, у меня есть другая перспектива на наш выбор в то время. Мы сосредоточились на завоевании существующего рынка, а не на том, чтобы приверженность к инкрементальному рынку. Мы потратили слишком мало времени на размышления о том, можем ли мы значительно расширить рынок, привлекая новых пользователей, которые никогда не занимались транзакциями на блокчейне.

И именно этот путь в конечном итоге выбрал Fomo.

Уникальные аспекты успеха Fomo

Что меня больше всего интересует в Fomo, так это их стратегический фокус. Когда мы разрабатывали настольный продукт, очевидной рыночной возможностью было обслуживать профессиональных трейдеров. В то время Axiom быстро рос, и сообщество профессиональных трейдеров доминировало в экономических выгодах рынка. Множество продуктов яростно конкурировали за эту группу, которая была в центре внимания всей отрасли в то время.

Однако Fomo выбрал совершенно другой путь.

Они обратили внимание на аудиторию за пределами TikTok, Instagram и круга CT, многие из которых никогда не занимались транзакциями на блокчейне. Они не конкурировали с опытными трейдерами; вместо этого они нацелились на огромный потребительский рынок, который большинство других компаний в отрасли игнорировало в то время.

Время также было решающим. Fomo поднялся после того, как безумие мемных монет утихло, и рыночная среда больше не была такой безумной и спекулятивной, как когда мы работали. Я не уверен, сработала бы та же стратегия во время пика безумия, но они нацелились на другую группу пользователей в нужное время и выполнили это исключительно хорошо.

Они нашли способы достичь пользователей за пределами традиционного круга криптовалют, направить их на использование продукта и облегчить их первую транзакцию на блокчейне. Это было нелегко, так как требовались отличные каналы распространения и выдающиеся продукты, чтобы сделать концепцию «транзакций на блокчейне», которая довольно незнакома обычным людям, простой, при этом успешно конвертируя пользователей и предоставляя им причины продолжать использовать его.

Fomo точно уловил детали опыта продукта, которые ценит эта целевая аудитория. Если бы мы не адаптировали наш продукт для этих пользователей и просто поместили оригинальный Vector в эти каналы распространения, мы бы не достигли тех же результатов.

Однако я не считаю, что наше решение обслуживать профессиональных трейдеров было неправильным; я все еще твердо верю, что наша настольная стратегия могла бы стать большим успехом. Более ценное понимание заключается в том, что существует гораздо больший рынок за пределами того, в котором мы были глубоко вовлечены, и мы не потратили достаточно времени на его исследование, в то время как Fomo сделал это и успешно открыл ситуацию.

Оказывается, что рынок, который помогает вам достичь PMF, может не поддерживать вас в достижении масштабного роста.

Первый целевой рынок, который находят предприниматели, может быть идеальным «плацдармом», но он может представлять собой лишь небольшую часть конечной рыночной возможности. Как только вы найдете продукт, который действительно желают пользователи, другой вопрос, который стоит рассмотреть: в каких других областях этот продукт может сиять?

Оглядываться всегда легко, но гораздо сложнее получить понимание в процессе реальных операций. Ваши данные поступают из текущего рынка, который вы обслуживаете, и хотя эти данные могут сильно направлять вас в том, как выиграть существующий рынок, трудно раскрыть ситуацию пользователей, которых вы еще не приобрели, или каналы распространения, которые еще не были полностью протестированы.

Для нас данные в то время указывали на то, что профессиональные трейдеры доминировали в экономической экологии торговли мемными монетами на блокчейне. Однако то, что данные не могли предсказать, так это то, что произойдет, если продукт социального трейдинга будет предложен группе совершенно новых пользователей, которые никогда не занимались транзакциями на блокчейне.

Fomo уже предоставил ответ.

Является ли социальный трейдинг триллионной возможностью?

Что Fomo заставил меня еще больше убедиться в том, что первоначальные утверждения о социальном трейдинге были не только правильными по направлению, но и что темпы роста и масштаб этой возможности значительно превышают наши первоначальные ожидания.

Мы живем в все более финансовом мире, где все больше людей начинают инвестировать и торговать самостоятельно. Рыночная динамика стала горячей темой общественного обсуждения, инвестиционные концепции распространяются через социальные сети, и люди устанавливают доверие к конкретным трейдерам, инвесторам и создателям, в то время как капитал течет вдоль этих информационных и консенсусных сетей.

Торговля и инвестиции по своей сути стали социальными действиями. Это относится ко всем типам активов, будь то мемные монеты, криптовалюты, рынки прогнозов или даже фондовый рынок.

Я верю, что эта тенденция только ускорится. Мир становится все более взаимосвязанным, скорость распространения информации увеличивается, а ИИ значительно улучшит способность открывать и интегрировать информацию. Тем временем все больше активов мигрируют на блокчейн, включая акции, рынки прогнозов, опционы, реальные активы (RWA) и различные финансовые продукты, которые мы еще не смогли представить, все это сливается в все более глобализированную и круглосуточную финансовую инфраструктуру.

Если вы сможете построить качественный социальный график вокруг торговли и избыточной прибыли, поддерживаемый отличным выполнением, вы займете крайне выгодную позицию. Мемные монеты могут служить точкой входа, но развитие продукта выходит далеко за рамки этого. По мере того как финансовый мир все больше переходит на блокчейн, классы активов будут становиться все более модульными.

Это всегда было частью видения Vector, но путь роста Fomo дал мне более конкретное понимание его масштаба и времени. Люди готовы участвовать в торговле на блокчейне и принимать социальный финансовый опыт. Fomo доказал, что этот опыт действительно может достичь широкой аудитории за пределами крипто-рынка.

Я верю, что они находятся в очень выгодной позиции. Они начали выходить на бессрочные контракты, превосходя лишь область мемных монет. Если они смогут поддерживать хорошее выполнение, их возможности для развития будут чрезвычайно широкими. Типичным сопоставимым объектом является Robinhood, но Fomo с самого начала встроил социальный график и систему активов на блокчейне в свой продукт.

Заключение

Если бы мы упорствовали, мог бы Vector вырасти в компанию, оцененную в десятки миллиардов долларов?

Я верю, что это вполне возможно. Это может быть даже гораздо больше. У нас был отличный продукт, талантливая команда и стратегия, которая, как я считаю, имела большой потенциал для успеха. Возможно, мы бы использовали это как отправную точку, чтобы в конечном итоге войти в более широкий потребительский рынок; возможно, Fomo все равно победил бы нас; или, возможно, мы бы развились даже больше, чем сегодняшний Fomo.

Может быть, однажды квантовая технология позволит нам осуществить это желание в параллельной вселенной. На данный момент меня больше всего интересует наблюдение за другой отличной командой (Fomo), исследующей путь, по которому мы не решились пойти.

Я наблюдаю за всем этим как наблюдатель. Они открыли рынок, в который мы тогда не вовлекались по-настоящему, и подняли модель социального трейдинга на высоты, значительно превышающие наши достижения. Я испытываю огромное уважение ко всему, что они построили.

Более того, наблюдение за этим процессом заставило меня все больше убеждаться в том, что финансовые рынки по своей сути обладают сильными социальными атрибутами, и по мере того как все больше глобальных активов мигрирует на блокчейн, этот атрибут, безусловно, будет еще больше усилен.

В начале мы пытались построить ранний прототип этой будущей формы через Vector, и траектория развития Fomo показывает нам, насколько велико будущее этого поля.